Валентин Александрович Серов Иван Иванович Шишкин Исаак Ильич Левитан Виктор Михайлович Васнецов Илья Ефимович Репин Алексей Кондратьевич Саврасов Василий Дмитриевич Поленов Василий Иванович Суриков Архип Иванович Куинджи Иван Николаевич Крамской Василий Григорьевич Перов Николай Николаевич Ге
 
Главная страница История ТПХВ Фотографии Книги Ссылки Статьи Художники:
Ге Н. Н.
Васнецов В. М.
Касаткин Н.А.
Крамской И. Н.
Куинджи А. И.
Левитан И. И.
Малютин С. В.
Мясоедов Г. Г.
Неврев Н. В.
Нестеров М. В.
Остроухов И. С.
Перов В. Г.
Петровичев П. И.
Поленов В. Д.
Похитонов И. П.
Прянишников И. М.
Репин И. Е.
Рябушкин А. П.
Савицкий К. А.
Саврасов А. К.
Серов В. А.
Степанов А. С.
Суриков В. И.
Туржанский Л. В.
Шишкин И. И.
Якоби В. И.
Ярошенко Н. А.

XII. Учитель и ученики

Дружба Сергия Васильевича Малютина и Александра Павловича Мишонова, начавшаяся еще в Талашкине, — дружба учителя и ученика, была долгой и верной до самой смерти старого художника. Дружба эта — трогательная, светлая, ничем не омраченная в течение более чем тридцати лет. Письма Мишонова к Малютину ярко дополняют многогранный облик художника, человека и педагога:

«Сергей Васильевич! Ведь Вы мой первый и главный учитель. Через Вас я впервые и на всю жизнь полюбил живопись, самый процесс работы, полюбил «тесто» краски, это я помню Ваше выражение. Жалко только, что мало мне пришлось поработать под Вашим руководством. Теперь же я счастлив, имея всегда перед собою Ваши этюды: они мне будут давать безмолвный, но красноречивый совет... Именно Вы мне передали и внушили эту любовь к живописи. У меня всегда на столе стоит подаренная Вами фотография с Вашего автопортрета, который Вы писали в доме Абашевой, мимо которого я каждый день хожу... Вспоминаю, как Вы жили там наверху. Помню картину «Куликово поле», на фоне которой Вы писали себя»1.

Малютин был бесконечно добрым и щедрым человеком. Он с радостью дарил свои работы тем, кому они нравились и доставляли удовольствие. Именно поэтому мы не знаем до сих пор местонахождения многих картин художника. Более того, пока еще не представляется возможным составить полный список произведений художника—список постоянно и неожиданно дополняется Не было большего счастья для художника, чем порадовать добро го человека изделием своим или картиной.

Узнав, как бережно Мишонов хранит фотографию «Автопортрета в шубе» (давно приобретенного Третьяковской галереей), Малютин сразу же отослал ему другой автопортрет, прекрасную свою работу с надписью: «Искусство и только искусство — верная радость жизни. Так было и так будет вовеки»2. «О таком подарке, — пишет Мишонов, — я и мечтать не мог. Он будет дорогого для меня памятью о Вас, а также и целою школою для моих занятий живописью. Не могу словами выразить того чувства благодарности, которое я испытываю к Вам. Благодарю Вас. 28/I-30 г.»3.

Мишонов — один из первых учеников Малютина по Талашкину. Но были ученики и более ранние, когда художник зарабатывал частными уроками, преподаванием в Елизаветинском институте. Не будет преувеличением сказать, что Малютин преподавал столько времени, сколько сам был художником. Педагогическая деятельность Малютина — предмет специального исследования. Исследования очень важного — нет труднее вопроса, чем вопрос о том, как и чему учить будущего художника. Пожалуй, и в своей педагогической работе Малютин во многом соглашался с Толстым. Он угадывал художника в человеке и вооружал его арсеналом необходимых исходных профессиональных знаний. Главное для него — «сердцевина таланта», которую он берег как зеницу ока. Он не только не навязывал своей манеры, но оберегал от нее ученика. Ни в одном из многочисленных его учеников, ставших впоследствии известными художниками, мы не увидим и признаков подражания учителю.

Первые годы преподавания Малютина в Московском училище живописи, ваяния и зодчества он вел начальный класс вместо С.В. Иванова, а после 1909 года — мастерскую В.А. Серова. Среди учеников он пользовался горячей любовью и уважением.

В преподавании рисунка Малютин следовал традициям своего учителя Е.С. Сорокина, он не терпел никакой приблизительности и особенное внимание учеников обращал на рисунок рук и ног.

«С.В. Малютин, — вспоминает художник В.В. Хвостенко, — часто брал уголь и перерисовывал наши рисунки, любил заставлять рисовать руки и ноги. Ни в одном классе я не помню такого количества слепков следков и рук, как в малютинском, и надо сказать, что рисование этих частей человеческого тела — дело серьезное, и по сей день многие страдают неумением их рисовать. Малютин стремился в годы увлечения широкой живописной манерой и пренебрежения рисунком увлечь учащихся серьезным и основным в изобразительном искусстве — знанием точного и выразительного рисунка»4.

Очень тепло отзывался о своем учителе и другой художник — Н.Г. Котов:

«Малютина в Московском училище живописи очень любили. Часто к нему домой ходили ученики. Я к нему тоже ходил. Это было в последний год перед реорганизацией училища. Сергей Васильевич показывал мне много этюдов. Эти этюды он делал быстро, считал своим золотым запасом и хранил в большом ящике. Из этих запасов он черпал живописные мотивы. И мне он очень рекомендовал всегда делать «живописные зарисовки».

Я учился непосредственно в его мастерской и навсегда запомнил его пытливые глаза и его самого — миниатюрного, живого, подвижного.

62. Преподаватели и учащиеся Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Среди них А.М. Васнецов, С.В. Малютин, К.А. Коровин. 1916

Рассказывая о своей работе, он так говорил: «Я пишу в день не более трех часов, остальное время — от лукавого. Усталый писать не может. Как только чувствую усталость — кончаю работать».

Все произведения Малютина очень серьезно сделаны, добротно сработаны. Все они созданы в его собственной неповторимой манере. Эту неповторимость он ценил больше всего и в учениках.

Чему и как учили в Московском училище живописи, ваяния и зодчества? Старались сохранить индивидуальность — это главное. И это в первую очередь относится к моему учителю Сергею Васильевичу Малютину»5.

...Архивные документы. Строки писем и свидетельств современников и художника. Но за этими строками — жизнь, сложный и насыщенный событиями период развития русского искусства.

Одно из самых привлекательных качеств Малютина — чрезвычайно обостренное чувство ответственности за порученное ему дело. Он был очень требователен к себе, неутомимо трудолюбив. Это помогало ему совмещать творческую и преподавательскую деятельность. Все годы работы в Московском училище живописи, ваяния и зодчества он имел полную преподавательскую нагрузку, и, более того, случалось, брал на себя и попечение мастерской К. Коровина, который часто болел и всегда обращался за выручкой к Малютину. Но и эта дополнительная нагрузка не бывала в ущерб творческим занятиям Малютина.

Малютин относился к Коровину с нежностью и восхищением. Ему нравилась светоносная коровинская живопись. Коровин привлекал Малютина и как человек. Они были полной противоположностью. И именно это их, очевидно, сближало. Малютина располагала артистическая внешность Коровина, его жизнелюбие, оптимизм.

Отъезд Коровина в Париж Малютин переживал так же тягостно, как смерть Серова в 1911 году. Через А.В. Луначарского и Н.А. Розенель он с грустью узнал о трагической судьбе К. Коровина за границей.

Бережно хранил и любил Сергей Васильевич снимок группы учащихся Московского училища живописи вместе с преподавателями А.М. Васнецовым, С.В. Малютиным и К.А. Коровиным. Малютин в центре этой «троицы» — маленький, сухощавый, с усталым лицом, но с живыми и пытливыми глазами. Рядом — два богатыря по сравнению с Малютиным — Аполлинарий Васнецов с характерным интеллигентным лицом, с маленькой, аккуратно подстриженной бородкой клинышком и Константин Коровин — привлекательный, холеный, элегантный и удивительно мягкий и обаятельный. Снимок сделан в 1916 году, после возвращения Коровина из Крыма. В этом году Малютин последний раз заменял Коровина во время его отсутствия.

«Дорогой Сергей Васильевич! — писал из Крыма Коровин Малютину. — Пишу Вам второе письмо. Надежда моя приехать через месяц или полтора не оправдалась. Я глубоко огорчен, что сильная болезнь со мной заставила меня покинуть школу и тем самым Вам пришлось терять Ваше время на замену моего дежурства в мастерской. Что же мне делать, я больной: одно, что я прошу Вас, очень прошу, — получить от меня мое школьное жалование, т. е. сто пятьдесят рублей в месяц, и если Вы будете великодушны, то по приезде моем позволите мне их Вам вручить, т. к. ныне их в школе полностью не находится, потому что вычитывают мой школьный долг.

Приезжаю я 10 февраля с. г.; квартирные деньги я не могу предоставить, т. к. квартира была нанята мной на год с расчетом на эти деньги.

Я чувствую себя нехорошо — сильная боль в области сердца и ужасное, странное, страшное чувство в груди.

Желаю Вам здоровья и радости от Ваших замечательных красок.

Константин Коровин»6

Малютин в денежных вопросах был человеком на редкость скромным и нетребовательным. Оп привык довольствоваться в жизни самым необходимым.

Педагогическая работа давала Малютину постоянный заработок, лишиться которого он — глава большой семьи — не мог. Но дорожил Малютин своим «профессорским» местом в Московском училище, конечно, не из-за денег. Художник очень ценил возможность не зависеть от заказов, а эту независимость он получал благодаря преподавательской работе, которой гордился, считал делом почетным и необходимым. И еще одна важная причина привязанности Малютина к преподаванию — общение с молодежью. Он был хорошим отцом в семье, он стал добрым отцом своих учеников. Молодежь вливала в него юные силы, заражала энтузиазмом, заставляла верить не только в радость творчества, но и в радость жизни.

Принципы малютинской педагогики просты и держались, как он говорил, на трех китах: реализм, работа с натуры, каждодневный труд. Правоту собственных убеждений он доказывал делом всей своей творческой жизни.

Черты характера Сергея Васильевича Малютина проявлялись и в его преподавательской деятельности. Замечания художника всегда отличались деликатностью, неназойливостью и точностью. Он был терпелив и трудолюбив. Но, несмотря на его долгую связь с практикой московской художественной школы, он не оставил после себя такого яркого и заметного следа, как блистательный Константин Коровин или глубочайший и необычный Валентин Серов. На долю Сергея Малютина выпала более скромная роль. Он, казалось, взял на себя самый тяжелый и не очень заметный, на первый взгляд, труд.

При всей ненавязчивости педагогического метода Малютина в нем было очень важное качество. Школа необходима, считал он, но школа еще не делает художника художником. Школа должна научить законам художественных приемов, не подчиняя им дарования ученика, не ломая его индивидуальности. В этом Малютин был совершенно солидарен с выдающимся педагогом Д.Н. Кардовским, который утверждал, что в дальнейшей творческой жизни художник должен подчинить себе школу, потому что «цели школы и творчества разные»7.

Творческий метод Малютина не изменился и тогда, когда художественная школа начала после революции новый период своего развития.

63. Учащиеся I Свободных художественных мастерских. В центре преподаватели С.В. Малютин, В.Н. Яковлев. 1918

На базе Строгановского училища были созданы I Свободные художественные мастерские с целью организовать дело художественно-промышленного образования на новых началах в соответствии с требованиями жизни. Московское училище живописи, ваяния и зодчества стало II Свободными художественными мастерскими. Малютин получил должность «мастера». В автобиографических записках и в ответах на анкету членов секции научных работников (1931—1933) Малютин пишет: «С 1917 г. состоял руководителем двух художественных мастерских: I — с ассистентом П. Кориным и II — В. Яковлевым»8.

Долгие годы Малютин хранил афишу-объявление, выпущенную Наркомпросом РСФСР в сентябре 1918 года об открытии в Москве Свободных художественных мастерских:

«Признавая в своих стенах свободное существование всех определившихся художественных течений, мастерские дают возможность каждому учащемуся в них развивать свою индивидуальность в желаемом ему направлении».

Руководителями мастерских по живописи были назначены: «Малявин, Малютин, Федоровский (натурализм), Борис Григорьев, Ульянов (реализм), Коровин (импрессионизм), Павел Кузнецов, Кончаловский, Лентулов (неоимпрессионизм), Куприн, Рождественский (постимпрессионизм), Татлин (кубофутуризм), Моргунов, Малевич (супрематизм)»9.

Обилие всяких «измов», перечисленных в афише, нисколько его не смущало. Он относился к ним с мудростью прожившего нелегкую жизнь человека. С хитроватым юмором он называл всех тех художников, которые искали неисповедимых путей в искусстве, «фатуристами» и знал цену только произведениям, отмеченным печатью таланта и большой души художника. С улыбкой говорил Малютин о зачислении своем «по ведомству натурализма», объясняя это тем, что он основу искусства видит в работе с натуры.

Возраст и болезнь не дали, к сожалению, Малютину возможности посвящать так много времени педагогике, как в былые времена. Основную работу во II Свободных художественных мастерских вел В.Н. Яковлев, но, и оставив в самом начале 20-х годов педагогическую деятельность, Малютин до конца жизни не прерывал связи со своими учениками, многие из которых сами стали мастерами искусства и педагогами

Примечания

1. ЦГАЛИ, ф. 2023, оп. 1, ед. хр. 50.

2. Там же.

3. Там же.

4. Цит. по кн.: А. Абрамова. Сергей Малютин. М., 1952, с. 21.

5. Запись беседы автора с Н.Г. Котовым в Тарусе, 1967.

6. ЦГАЛИ, ф. 2023, оп. 1, ед. хр. 50.

7. Д.Н. Кардовский. Об искусстве. Воспоминания, статьи, письма. М., 1960, с. 128.

8. ЦГАЛИ, ф. 2023, оп. 1, ед. хр. 1.

9. Там же, ед. хр. 33.

 
 
Автопортрет
С. В. Малютин Автопортрет, 1918
Портрет дочери художника
С. В. Малютин Портрет дочери художника, 1909
Портрет Д.А. Фурманова
С. В. Малютин Портрет Д.А. Фурманова, 1922
Портрет девочки
С. В. Малютин Портрет девочки, 1894
Скульптурная мастерская
С. В. Малютин Скульптурная мастерская, 1903
© 2020 «Товарищество передвижных художественных выставок»